0

К сожалению, в Вашей корзине нет ни одного товара.

▼ ▼ Почитать книгу онлайн можно внизу страницы ▼ ▼
Купить книгу Властелин Колец. Возвращение короля (замена картинки) и читать онлайн
Cкачать книгу издательства Феникс Властелин Колец. Возвращение короля (замена картинки) (автор -  в PDF

▲ Скачать PDF ▲
для ознакомления

Бесплатно скачать книгу издательства Феникс "Властелин Колец. Возвращение короля (замена картинки) " для ознакомления. The book can be ready to download as PDF.

Внимание! Если купить книгу (оплатить!) "Властелин Колец. Возвращение короля…" сегодня — в пятницу (19.08.2022), то она будет отправлена во вторник (23.08.2022)
Сегодня Вы можете купить книгу со скидкой 0 руб. по специальной низкой цене.

Все отзывы (рецензии) на книгу

Оставьте свой отзыв, он будет первым. Спасибо.
> 5000 руб. – cкидка 5%
> 10000 руб. – cкидка 7%
> 20000 руб. – cкидка 10% БЕСПЛАТНАЯ ДОСТАВКА мелкооптовых заказов.
Тел. +7-928-622-87-04
Внимание! Ближайшая дата отправки заказов - 29 августа 2022.

Властелин Колец. Возвращение короля (замена картинки)

awaiting...
Название книги Властелин Колец. Возвращение короля (замена картинки)
Год публикации 2022
Издательство АСТ
Раздел каталог Резерв
ISBN 978-5-17-111987-4
Артикул P_9785171119874
Количество страниц 448 страниц
Тип переплета цел.
Полиграфический формат издания -
Вес книги 1280 г
Книг в наличии 2

Аннотация к книге "Властелин Колец. Возвращение короля (замена картинки)" (Авт. )

Книга из серии 'Толкин' \'Трилогия \"Властелин Колец\" бесспорно возглавляет список \"культовых\" книг XX века.
Ее автор, Дж. Р.Р. Толкин, профессор Оксфордского университета, специалист по древнему и средневековому английскому языку, создал удивительный мир - Средиземье, который вот уже без малого пятьдесят лет неодолимо влечет к себе миллионы читателей. Великолепная кинотрилогия, снятая Питером Джексоном, в десятки раз увеличила ряды поклонников как Толкина, так и самого жанра героического фэнтези.\'

Читать книгу онлайн...

К сожалению, для этого издания чтение онлайн недоступно...

Способы доставки
Сроки отправки заказов
Способы оплаты

Другие книги автора Толкин


Другие книги раздела "Резерв"

Читать онлайн выдержки из книги "Властелин Колец. Возвращение короля (замена картинки)" (Авт. )

ДЖОН P.P.
ТОЛКИН
ДЖОН Р.Р. ТОЛКИН
ВЛАСТЕЛИН КрАЕЦ Возвращение короля
Издательство ACT Москва
УДК 821.111-313.2 ББК 84 (4Вел)-44
Т52
John R.R. Tolkien THE LORD OF THE RINGS PART 3: THE RETURN OF THE KING
Originally published in the English language by HarperCollins Publishers Ltd.
Переведено по изданию: Tolkien J.R.R. The Lord of the Rings. Part 3. — London: Harper Collins, 1993.
Печатается с разрешения издательства HarperCollins Publishers Limited и литературного агентства Andrew Nurnberg.
Перевод с английского В. Муравьева, А. Кистяковского
Стихи в переводе А. Кистяковского
Компьютерный дизайн А. Смирнова
Фотоматериалы представлены фотоагентством «ООО Галло Имидж РУС» (Getty Images).
Толкин, Джон Рональд Руэл.
Т52 Властелин Колец. [Трилогия. Т. 3]. Возвращение короля / Джон Р.Р. Толкин ; [пер. с англ. В. Муравьева, А. Кистя
ISBN 978-5-17-111987-4 (T.3)
ISBN 978-5-17-080623-2 (Общ.)
Трилогия «Властелин Колец» бесспорно возглавляет список «культо
УДК 821.111-313.2
ББК 84 (4Вел)-44
© The Trustees of The J.R.R. Tolkien, 1967 Settlement, 1955, 1966
© Перевод. В. Муравьев, наследники, 2008
© Перевод. А. Кистяковский, наследники, 2008
© Перевод стихов. А. Кистяковский, наследники, 2012
© Издание на русском языке AST Publishers, 2022
КНИГА 5
Шесть тысяч копьеносцев мчались через Санлендинг
К могучей твердыне Мундбург у горы Миндоллуин,
К столице Государей, из-за Моря приплывших,
Теперь осажденной врагами и окруженной огнем.
Глава I
МИНАС-ТИРИТ
Пин выглянул у Гэндальфа из-за пазухи — и не по
Сперва, он помнил, мчались во весь опор; на рассве
лочке, спал устало и беспокойно, и слышал сквозь сон, как ходили туда-сюда люди и Гэндальф отдавал прика
Небо вспыхнуло желтым сиянием из-за черных кря
— Это мы где, Гэндальф? — спросил он.
— Заехали в пределы Гондора, — отвечал тот. — Пока что в Анориэне.
И дальше скакали молча, а потом Пин вскрикнул, дернув Гэндальфа за рукав:
— Смотри-ка, смотри! Огонь же, красный огонь! Тут что, драконы? А вон еще!
Вместо ответа Гэндальф воззвал к коню:
— Поспешим, Светозар! Близки последние сроки. Видишь, Гондор зажигает маяки, вестники бедствия. Война нагрянула. Вон зажегся Амон-Дин, вспыхнуло пламя на Эйленахе, и огни побежали к западу: Нардол, Эрелас, Мин-Риммон, Кэленхад, — а вот полыхнул Га- лифириэн у ристанийской границы!
Но Светозар перешел с галопа на шаг, поднял голо
сиянии. А Светозар напрягся, прянул — и ночной ветер снова загудел в ушах.
Сквозь дремоту Пин краем уха слушал, что расска
— Давно уж северные маяки не зажигались, — ска
Пин вздрогнул и заерзал.
— Спи себе, не пугайся! — велел ему Гэндальф. — Это Фродо надо идти в Мордор, а ты едешь в Минас-Тирит, в надежнейшую крепость: нынче надежней нигде нету. Если уж Гондор не устоит, если Враг завладеет Коль
— Хорош утешитель, — спросонья выговорил Пин. Но, и засыпая, все же увидел осиянные луной белые вер
Голоса разбудили Пина. Вот и еще сутки прочь: день в укрытии, ночь на коне. Светало, стелился холодный туман. Поблескивали потные бока Светозара, но в гор
светный час отовсюду слышался стук молотков, скре
— Да нет, ты-то ладно, Митрандир, — говорил Глав
— Я поручусь за него перед престолом Денэтора, — отвечал Гэндальф. — И не судите о нем по росту. Если хочешь знать, Ингольд, так и битв, и опасностей ему вы
— Этому мужу? — изумился Ингольд, и остальные рассмеялись.
— Какому еще мужу! — воскликнул Пин, совсем про
— Такие слова и впрямь под стать доблестному мужу, — задумчиво проговорил Ингольд. — А хоббит — это кто?
— Хоббит — это невысоклик, — объяснил Гэндальф. — Нет-нет, — прибавил он, окинув взглядом изумленные
лица, — прорицанье было не о нем. Это не тот, но один из них.
— Хоть и не тот, но его спутник, — заявил Пин. — И Боромир из вашего города тоже был с нами, он спас меня в северных снегах, и как раз меня он защищал и отби
— Будет! — вмешался Гэндальф. — Эту скорбную весть должен прежде услышать отец Боромира.
— Скорбная весть предугадана, — сказал Ингольд, — ибо недавно были диковинные знаменья. Езжайте же, спешите! Свидетелю участи наследника престола Ми- нас-Тирита нет задержки — будь то человек или...
— Или хоббит, — докончил Пин. — Мало проку от моего свидетельства, я могу лишь поведать вашему вла
— Добро пожаловать! — сказал Ингольд, и люди рас
— Потому что являюсь я в годины бедствий, — отозвал
— Да мы к вечеру управимся, — возразил Ингольд. — Стена вся отстроена, только здесь и осталось: мы же не ждем врагов со стороны Ристании. А что ристанийцы? Как думаешь, откликнутся, прискачут на зов?
— Прискачут, дайте срок. Пока что они заслонили вас от удара в спину. Ждите врагов отовсюду, с любой стороны, днем и ночью! Когда б не Гэндальф-горевест
И Гэндальф выехал на раздолье за Раммас-Экором — так называли гондорцы дальние укрепления, воздвиг
Изобильны были городские окрестности: тучные паш
ше к югу, в прекрасном Лебеннине, который орошают пять буйных потоков. Суровые жители южных пред
...Они ехали, и небо светлело; Пин привстал и огля
Пин изумленно смотрел, как серые стены белели и розовели с рассветом; потом солнце вдруг выглянуло из сумрака и ярко озарило каменный лик города. И Пин вскрикнул, ибо над верхней стеной засверкала в небе
* * *
Так, с первыми лучами солнца, Гэндальф и Перегрин подъехали к Великим Вратам столицы Гондора, и чу
— Митрандир! Митрандир! — восклицали стражи. — Значит, буря вот-вот налетит!
— Она уже налетела, — объявил Гэндальф. — Я при
Стража послушно расступилась; не спросили ни о чем, хотя изумленно взирали на хоббита, восседавшего впереди, и на великолепного коня. Лошадей тут виды
Ибо в семь ярусов был выстроен Минас-Тирит, вре
ми древних мастеров, скала, которая вздымалась за ниж
Воистину неприступна была эта крепость, не по зу
Пин никак не мог надивиться на огромный белока
кто не всходил по широким ступеням, ничей голос не раздавался в опустелых покоях, ничье лицо не являлось в ослепших окнах.
Наконец они выехали из туннеля к седьмым воротам, и теплое солнце, сиявшее из-за Реки, озарявшее Фродо в перелесках Итилии, засверкало на гладких стенах и мощ
Стражи у ворот были в черных плащах и причудли
Здесь им почему-то вовсе не удивились, а молча про
Поспешая за Гэндальфом, Пин оглянулся на дерево и подумал, какое оно печальное и как странно, что оно торчит здесь — а кругом все так ухоженно.
Семь звезд, семь камней и белое древо.
Он припомнил эти слова, которые бормотал Гэн
— Держи язык на привязи, сударь мой Перегрин! Сейчас не время для хоббитских прибауток. Это тебе не добродушный старец Теоден. Денэтор — человек совсем иного склада, гордый и хитроумный, высокородный и могущественный властитель, хоть князем и не имену
— А почему? Бродяжник-то чем плох? — шепотом возмутился Пин. — Он ведь сюда и шел? Да он все рав
— Явиться-то он явится, — подтвердил Гэндальф. — Но явится оттуда, откуда его никто не ждет, даже Денэ- тор. Вот пусть и не ждет, так оно лучше. И не пристало нам возвещать его приход.
Гэндальф остановился перед высокими дверями, об
— У меня, любезнейший Пин, и минуты лишней нет, чтобы вдалбливать тебе историю Гондора; лучше бы ты ее поучил, чем разорять гнезда и гонять лодыря в хоб-
битанских лесах. Слушай, что тебе говорят! И посуди сам: очень это будет кстати — принести властителю весть о гибели его наследника и заодно сообщить, что, мол, власти твоей конец, вот-вот явится законный Государь? Уразумел?
— Госуда-арь? — изумился Пин.
— Да, — отрезал Гэндальф. — Хватит тебе уже хло
И он постучал в двери.
Двери растворились словно бы сами собой, и Пин увидел огромный чертог с узкими стрельчатыми окна
Они напоминали андуинских Каменных Гигантов, и не без трепета Пин окинул взглядом длинные ряды статуй давным-давно умерших Государей Гондора. В дальнем конце чертога, на многоступенчатом возвыше
— Привет тебе, властитель и наместник Минас-Ти- рита, Денэтор, сын Эктелиона! В этот роковой час я при
Старец поднял голову. Пин увидел строгое и надмен
— Час поистине роковой, — отозвался старец, — твой излюбленный час, Митрандир. Да, судя по всему, Гон
— Да, это он и есть, — подтвердил Гэндальф. — Их было двое, свидетелей. Другой — с Теоденом Ристаний- ским; может, еще и явится. Оба невысоклики, но про
— О них или нет, но самое слово это, — угрюмо ска
— Фарамир и вызывался, — возразил Гэндальф. — Горюешь — горюй, но и в горе будь справедлив. Боро
— Вот оно — оповещение, — молвил Денэтор, отло
— Это же рог Боромира, он его всегда носил! — вос
— Верно, — сказал Денэтор. — А прежде я носил его, как всякий старший сын в нашем роду еще со времен по
— Тринадцать, тринадцать дней назад, — залепетал тот. — Пожалуй что и так, правда тринадцать. И я был рядом с ним, когда он трубил в рог. Но подмога не яви
— Вот оно как, — протянул Денэтор, пристально гля
Пин вспыхнул и позабыл робость.
— Величайшего витязя можно убить одной стрелой, — сказал он, — а Боромира пронзили едва ли не десятью. Помню, как он, прислонившись к дереву, выдергивал из груди черноперую стрелу. А потом я упал без сознания, и меня взяли в плен. Больше я его не видел, больше ниче
Пин поглядел в глаза властительному старцу и сам вдруг загордился, обиженный презрительным, высоко
— И то сказать, что там какой-то хоббит у трона по
Пин откинул полу плаща, извлек меч из ножен и по
Бледная улыбка, словно луч холодного солнца, зи
— Дай мне твое оружие! — сказал он.
Пин поднял меч и протянул его вперед рукоятью.
— Откуда он у тебя? — спросил Денэтор. — Давным- давно был он откован. Тысячу лет назад, а клинок на
— Он из могильников к северу от нашей страны, — сказал Пин. — Там, в могильниках, теперь одни только умертвия, и я о них говорить лучше не буду.
— Да ты, я вижу, нагляделся чудес на своем недолгом веку, — покачал головой Денэтор, — недаром говорит
— Возьми меч за рукоять, — сказал Гэндальф, — и по
— Я принял решение, — подтвердил Пин.
Старец возложил меч себе на колени, Пин взялся за рукоять и размеренно повторил вслед за Денэтором:
— Сим присягаю верно служить Гондору и госуда
— Слушаю и принимаю клятву я, Денэтор, сын Эк- телиона, наместник Великого Князя, властелин Гондо
И Пин принял свой меч и вложил его в ножны.
— Так вот, — сказал Денэтор, — слушай первое мое веление: говори без утайки! Расскажи все, как было, и не утаи ничего о сыне моем Боромире. Садись и начи
С этими словами он ударил в серебряный гонг возле подножной скамейки, и выступили из ниш по обе сто
— Принесите вина, еды и сиденья для гостей, — рас
— Надеюсь, даже раньше, — отозвался Гэндальф. — Я ведь не затем скакал сюда от Изенгарда, вперегонки с вет
— Важны, разумеется. Но я уже знаю обо всем этом — знаю достаточно, столько, сколько надо, дабы по-пре
Он обратил свои темные глаза на Гэндальфа, и Пин заметил сходство двух властительных старцев и почу
И Денэтор был с виду куда больше похож на могуче
— Да, да, — сказал он, — хотя Зрячих Камней, гово
* * *
Поставили кресло, скамеечку и столик, принесли на подносе чеканный серебряный кувшин с кубками и бе
— Ну что ж, рассказывай, верноподданный мой, — с милостивой усмешкой молвил Денэтор. — Ибо поисти
Пин запомнил навеки этот долгий час в пустынном чертоге под пронзительным оком наместника Гондора, который непрестанно задавал ему трудные, опасные воп
Час наконец истек, Денэтор ударил в гонг, и Пин был еле живой. «Да ведь еще не больше девяти, — подумал он. — Эх, съесть бы сейчас три, что ли, завтрака!»
— Отведите гостя нашего Митрандира в жилище, уго
И ты, государь мой Митрандир, прибудь к этому часу, а впредь являйся, когда тебе угодно. Во всякое вре
— На стариковскую дурость? — переспросил Гэн
— Вот и хорошо, если понял, — заметил Денэтор. — Безрассуден гордец, пренебрегающий в трудный час по
— Законнейший, говоришь, повелитель доколе не явится? — подхватил Гэндальф. — Именно так, государь мой наместник, ты поистине призван сберегать доверен
Он повернулся и удалился из чертога, а Пин бежал рядом.
По дороге Гэндальф ни разу не взглянул на Пина, ни словом с ним не обмолвился. Их проводили к две
рям и через Фонтанный Двор в проулок, стесненный вы
— Гэндальф, ты на меня, что ли, сердишься? — спро
— Старался, старался! — вдруг рассмеявшись, сказал Гэндальф; он подошел к окну, стал рядом с Пином и об
Пин удивленно заглянул ему в лицо: он ли это сме
— Да, — сказал маг, — ты и правда старался, и, наде
витязь, который направлялся в Минас-Тирит, и при нем был прославленный меч. В Гондоре памятны предания дней былых, а Денэтор, провожая мыслью Боромира, не
Он вообще не чета нынешним людям, Пин: случи
Так что держись, ты накрепко связан клятвою. Не знаю, как это взбрело тебе на ум, — наверно, сердце под
Он смолк и вздохнул.
— Что проку загадывать на завтра? День ото дня бу
В дверях Гэндальф обернулся.
— Я спешу, Пин, — сказал он. — У меня к тебе просьба. Надеюсь, ты не очень устал, но все равно погоди отды
С этими словами Гэндальф вышел, и звонко ударил колокол на цитадельной башне. Чистый серебряный звон прозвучал трижды: три часа минуло с восхода солнца.
Пин спустился по лестнице, вышел на улицу и ог
— По-нашему сейчас девять утра, — вслух сказал Пин сам себе. — Весна, солнышко — сиди да завтракай у открытого окна. А что, позавтракать куда как не ме
По узкой улочке от Фонтанного Двора навстречу шел человек в черно-белом, и Пин решил с горя обра
— Ты — невысоклик Перегрин? — осведомился он. — Мне сказали, что ты присягнул на верность нашему го
ибо прежде невысокликов в наших краях не бывало, мы лишь краем уха слышали про них. К тому же ты — при
— Да как сказать, — отозвался Пин. — За глаза-то я с ним знаком от колыбели, хоть это и недолго; а теперь довелось вот постранствовать вместе. Вроде как из боль
— Арагорн? — переспросил Берегонд. — А кто он такой?
— Ну, — Пин замялся, — ну, был с нами один такой человек. По-моему, он сейчас в Ристании.
— Да, я слышал, что ты прямиком из Ристании. И о ней тоже я хотел бы тебя порасспросить: надежды у нас мало, но какая есть, почти вся на ристанийцев. Впро
— Дело в том, — отважился Пин, — что у меня сей
Берегонд сурово взглянул на него.
— Сразу виден бывалый солдат, — сказал он. — Го
— Ну, из учтивости можно сказать, что была, — при
Берегонд рассмеялся.
— Как у нас говорится, и малорослый едок за столом витязь. Ты, однако ж, утолил утренний голод не хуже любого стража цитадели, да еще и с немалым почетом. Мы же в крепости, мы ее охраняем, а время военное. Встаем до зари, перекусываем на рассвете и расходимся по своим постам. Погоди отчаиваться! — опять-таки со смехом воскликнул он, заметив унылую гримасу на лице Пина. — Кому пришлось труднее прочих, тем можно ут
— Погодите-ка! — краснея, сказал Пин. — От жадно
— К хоббиту? — переспросил Берегонд.
— Да, так мы себя называем, — сказал Пин.
— Спасибо, буду знать, — сказал Берегонд. — Пока же замечу, что у чужестранца иной раз не худо поучить
Светозара устроили на славу — в отличных конюш
Светозар встретил Пина ржанием и повернул к нему голову.
— Доброе утро! — сказал Пин. — Гэндальф, как смо
Светозар встряхнул гривой и топнул копытом. Бе- регонду он, однако же, позволил потрепать себя по хол
— Да он, можно подумать, застоялся, а не отдыхает после многотрудного пути, — сказал Берегонд. — Что за богатырская стать! А где его сбруя? Вот уж, наверно, бо
— Нет такой богатой и пышной, чтоб ему подошла, — отвечал Пин. — Да и к чему она? Если седок ему по нра
ни седло, ни подпруги, ни узда, ни удила. До свиданья, Светозар! Потерпи немного, скоро в битву.
Светозар воздел голову и заржал так, что содрогну
— Теперь пойдем к нашим яслям, — сказал Берегонд; они с Пином вернулись в цитадель, подошли к север
Им дали хлеба, масла, сыра и яблок, запасенных осе
Они ели, пили и разговаривали о Гондоре, о здеш
— Не скрою от тебя, сударь мой Перегрин, — мол
— Чего там, — сказал Пин. — Да ты не так уж и ошиб
Солнце уже поднялось высоко, и туманы в низине рассеялись. Последние клочья рваными облаками про
Весь Пеленнор был виден как на ладони: россыпь ог
лись в город. Поток от ворот направлялся по тракту, ко
— Уходят в долины Тумладена и Лоссарнаха, в гор
Они помолчали. Пин тревожно глядел на восток, будто ожидая, что оттуда вот-вот появятся черные пол
— А там что? — спросил он, указывая на средину ог
— Был там другой город, — отвечал Берегонд, — сто
враги. Мы, правда, отбили его у них, когда еще Денэ- тор был молодой, но обживать не стали, а сделали там передовую заставу и отстроили мост, чтобы перебра
— Черные Всадники? — переспросил Пин, широко раскрыв потемневшие глаза: ему припомнились дав
— Да, они были черные, — подтвердил Берегонд, — и я вижу, ты знаешь их не только понаслышке, хоть и не упоминал об этом в своих рассказах.
— Нет, не понаслышке, — тихо откликнулся Пин, — только я сейчас лучше не буду говорить о них, а то близ
Он осекся и поглядел за реку: там простерлась необъят
— Близко от Мордора? — спокойно закончил Бере- гонд. — Да, он тут недалеко. Называть его мы избегаем, но живем, сколько себя помню, в его сумрачной тени: она то редеет и отдаляется, то сгущается и нависает. Сейчас она чернее черного и разрослась — оттого и мы в страхе и тревоге. А Лютые Всадники — они год назад или около того обрушились на переправу, и много там погибло лучших наших воинов. Тогда Боромир отогнал их и освободил западный берег — до сих пор мы удер
Но они со дня на день снова нагрянут. Там, наверно, вой
— А когда начнется? — спросил Пин. — Думаешь, со дня на день? Я ночью видел, как зажигались маяки и вестники скакали: Гэндальф сказал — это, мол, знак, что война началась. Он спешил, как на пожар. А теперь сно
— У Врага все готово — вот и тихо, — сказал Бере- гонд. — Как, представь себе, ныряльщик воздуху в грудь набирает.
— Маяки-то почему вчера зажгли?
— Поздновато было бы слать за помощью, когда уж тебя обложили, — усмехнулся Берегонд. — Я, правда, не знаю, как там рассудил государь и прочие начальники. К ним стекаются все вести. А наш властитель Денэтор видит дальше других, видит и недоступное взору. По но
Но я так думаю, что маяки зажгли после вчерашних вестей из Лебеннина. Умбарские пираты скопили в ус
Однако же, — он помедлил, встал и повел взглядом с севера на восток и на юг, — после изенгардского пре
Но нам, сударь Перегрин, и правда честь особая, нас Черный Властелин ненавидит пуще всех остальных — с незапамятных пор, от заморских времен. Очень он крепко по нам ударит. Потому-то и Митрандир прискакал сюда во весь опор. Ведь если мы сгинем, то кто выстоит? Как полагаешь, сударь Перегрин, выстоим, есть надежда?
Пин не ответил. Он поглядел на мощные стены, на гордые башни и реющие стяги, на солнце высоко в небе, а потом на восток, на ползучий сумрак, и вспомнил о всепроникающей Тени, об орках, кишащих в лесах и на горах, об изенгардской измене, о птицах-соглядатаях, о Черных Всадниках, разъезжающих по Хоббитании, и о крылатом страшилище, о назгуле. Дрожь охватила его, и всякая надежда пропала. В этот миг померкло солнце, словно заслоненное черным крылом. И ему послышал
— В чем дело? — спросил Берегонд. — Тоже что-то почуял?
— Д-да, — выговорил Пин. — Кажется, мы погибли, а это — роковой знак, Лютый Всадник в небесах.
— Да, роковой знак, — подтвердил Берегонд. — Вид
Они сидели понурившись и молчали. Потом Пин вскинул глаза и увидел, что солнце сияет, как прежде, и стяги полощутся на ветру. Он встряхнулся.
— Миновало, — сказал он. — Нет, я еще все-таки не отчаялся. Гэндальф, казалось, погиб, а вот вернулся и теперь с нами. Пусть даже и на одной ноге, а все-таки выстоим; на худой конец выстоим и на коленях!
— Вот это верно! — воскликнул Берегонд, подняв
— Да ладно, лишь бы скорее хоть как-нибудь все это кончилось, — вздохнул Пин. — Какой из меня воин, я и думать-то боюсь о сраженьях, а уж думать, что вот-вот придется сражаться, — это хуже некуда. Ох и длинный же нынче день, и ведь он еще только начался! Ну что бы нам не цепенеть и медлить, а ударить первыми! В Рис
— Э, да ты на больную мозоль наступил! — усмех
мир. Он храбрец, каких мало, настоящий храбрец, хоть у нас и думают, что ежели кто умудрен не по летам и знает наперечет старинные песни и сказанья, то он, дес
Пин взглянул на него: высокий, горделивый, как все здешние; и глаза блестят, не терпится в сечу. «Меня-то куда несет? — горько подумал он и смолчал. — Вот еще выискался меченосец! Как Гэндальф говорит — пешка? Ну да, пешка, только не на своем месте».
Так они разговаривали, а тем временем солнце взо
— Ну что, пошли? — предложил Берегонд. — Пока чего — побудешь с нами. Мало ли куда тебя потом оп
— Да я-то приду, — сказал Пин. — Только приводить мне с собой некого. Лучший мой друг остался в Риста
— Нет, нет, — рассмеялся Берегонд. — Никакой я не начальник. Я всего-навсего рядовой третьей роты кре
постная стража у нас в большом почете, не только в го
— Ну и будьте в почете, — отмахнулся Пин. — А меня покамест отведи-ка обратно, и ежели Гэндальфа там нет, то я, пожалуйста, куда хотите — ваш почетный гость.
Гэндальфа не было, вестей от него тоже, и Берегонд повел Пина знакомиться с третьей ротой. Пина так при
Пин смущенно опровергал эти обнадеживающие рос
Наконец Берегонд поднялся.
— Ну, пока до свидания! — сказал он. — Я до заката на часах, все прочие вроде бы тоже. А ты, чтоб не ску
плохой. Если надумаешь — спускайся в нижний ярус, спросишь там, как пройти к Старой гостинице на Рат- Келердайн, Улице Фонарщиков. И найдешь его — он с ребятами, какие остались в городе. Ступайте с ним к Ве
С этими словами он удалился; вскоре разошлись и остальные. Было по-прежнему солнечно, но в воздухе стояла дымка, и парило не по-мартовски: конечно, юг, а все же слишком. Пина клонило ко сну, возвращаться в пустое жилье не хотелось, и он решил прогуляться по городу. Он прихватил кой-какие лакомые кусочки для Светозара; тот снизошел к его приношению, хотя, по всему видать, был сыт. И Пин отправился вниз извили
Все встречные глазели на него и вслед ему — торже
Он потерял счет сквозным аркам, мощеным проул
вился поглядеть на них: покамест он нигде в Минас- Тирите детей не видел. Вскоре один из них его заметил, с криком сбежал по ступеням на траву и выскочил на улицу; целая ватага мчалась за ним. Он стал перед Пи
— Привет! — сказал парнишка. — А ты откуда такой? Вроде нездешний.
— Вообще-то нездешний, — признал Пин, — но те
— Ладно тебе! — рассмеялся тот. — Тогда мы все здесь воины. Тебе сколько лет и как тебя зовут? Мне уже де
— На какой вопрос тебе сперва ответить? — спросил Пин. — Отец мой — земледелец из деревни Беляки, что возле Кролов в Хоббитании. Мне скоро двадцать девять: тут я тебя обогнал. А росту во мне четыре фута, и боль
— Двадцать девять! — протянул паренек и присвис
— Может, поставишь, а может, и положишь, — сме
придется тебя укокошить. Вот подрастешь — и не бу
Мальчик горделиво выпрямился.
— Я — Бергил, сын стража цитадели Берегонда, — сказал он.
— Оно и видно, — кивнул Пин, — ты вылитый отец. А я как раз от него.
— Чего ж ты сразу не сказал? — И Бергил вдруг при
— Погоди пугаться, все не так страшно, — сказал Пин. — Пока что тебе велено не ставить меня вверх тор
Бергил обрадованно захлопал в ладоши.
— Все, значит, в порядке, ура! — воскликнул он. — Тогда пошли! Мы как раз собирались к Вратам, побе
— А зачем туда бежать?
— Да ведь сегодня еще до захода солнца должны по
* * *
Бергил оказался парень хоть куда, а Пину без Мер
— Вот это да! — сказал он. — А то ведь нам больше не позволяют выходить за ворота без взрослых. Ну, те
Люди стояли по обочинам тракта и заполнили ог
— Пыль, пыль на дороге! Идут!
Пин с Бергилом исхитрились протиснуться в пер
— Форлонг! Форлонг! — услышал Пин.
— Это что значит? — спросил он.
— Ну как, это же старина Форлонг, Брюхан Форлонг из Лоссарнаха! — отозвался Бергил. — Там мой дед жи
Колонну возглавлял плечистый и утробистый седо
дорцев из Минас-Тирита. Лица их были суровы, на пле
— Форлонг! — кричали кругом. — Верный, доблест
Но когда лоссарнахские воины прошли, раздался ропот:
— Как мало их, всего две сотни! А мы-то надеялись, что будет тысячи две. Должно быть, пираты на них на
Так проходила к Вратам под клики толпы рать за ра
серых конях выступали в пешем строю семьсот витя
Вот и все, и трех тысяч не набралось. А больше ждать было некого. Возгласы, песни и мерная поступь стихли за Вратами. Толпа еще немного помедлила, не расходясь. Пыль повисла в воздухе: ветер улегся и стояла духота. На
Пин поднял взгляд и увидел грязно-серое небо, буд
— Так ясно начался день и так мрачно кончается! — проговорил он, забыв о мальчике рядом с ним.
— Кончится еще мрачнее, коли не поспеем до сиг
Они вернулись в город последними; Врата за ними сразу же закрыли, и, когда они шли по Улице Фонар
— Ладно, расходимся, — сказал Бергил. — Передай привет отцу, скажи: спасибо, мол, приятель что надо. Ты приходи завтра пораньше. Может, даже лучше, чтоб вой
и съездим. Где им одолеть нашего государя, и отец мой их всех перебьет. До скорого свидания!
Они расстались, и Пин заторопился обратно в цита
— Сам-то найдешь дорогу? — спросил его Берегонд, выведя к северной стене цитадели, к скамье, на которой они сидели днем. — Ночь хоть глаз выколи, а приказано всюду гасить огни, фонарей на стенах не зажигать. Тебе же велено рано поутру явиться к властителю Денэтору. Да, вряд ли тебя припишут к нашей третьей роте. Ну что ж, приведется — так свидимся. Прощай, покойной ночи!
В покое было темно, лишь ночник горел на столике. Гэндальф не приходил, и Пину было все тоскливее. Он взобрался на скамейку и выглянул в окно, точно ткнул
Среди ночи его разбудил свет: Гэндальф явился и расхаживал взад-вперед — тень его металась по занавес
— Да что же это до сих пор нет Фарамира?
— Э-гей! — позвал Пин, раздвинув постельные зана
— Ночь зато будет короткая, — отрезал Гэндальф. — Я затем и вернулся, чтобы поразмыслить без помех. А ты давай спи: скоро ли еще доведется поспать в посте
Глава II
ШЕСТВИЕ СЕРОЙ ДРУЖИНЫ
Гэндальф ускакал, и уже стих в ночи стук копыт Све- тозара, когда Мерри прибежал обратно к Арагорну с ле
— Четверо, значит, остались из нашего Отряда, — сказал Арагорн. — Ну что ж, вчетвером так вчетвером — только не одни, а вместе с конунгом, он сейчас выезжа
— Укрыться в горах, а потом? — спросил Леголас.
— А потом — не знаю, — задумчиво отвечал Ара
— Я пойду за тобою! — воскликнул Леголас.
— И я не отстану! — подхватил Гимли.
— Да нет, не так все просто, — сказал Арагорн. — Гла
— Вы меня-то прихватите! — попросил Мерри. — Я понимаю, толку от меня покамест не было, и все рав
— Да, Мерри, — сказал Арагорн, — вот тебе с ним по
Вскоре двадцать четыре всадника — Гимли сидел за Леголасом, Мерри перед Арагорном — помчались сквозь ночную темень. Едва они миновали курганы у Изенс- ких бродов, как прискакал конник из замыкающих.
— Государь, — сказал он конунгу, — за нами погоня. Я их учуял, еще когда мы подошли к реке. Теперь точ
Теоден приказал остановиться. Конники разверну
то их горсточка, всех перебьют, а он, положим, как-ни
Луна заходила, ее заслоняло огромное летучее обла
Когда они приблизились шагов на пятьдесят, Эомер громко крикнул:
— Стой! Стой! Кто разъезжает в Ристании?
Погоня вмиг застыла на месте. В тишине один из всадников спешился и медленно двинулся вперед. Он поднял руку в знак мира, ладонь белела в лунном свете. Но ристанийцы держали копья наперевес. Шагов за де
— В Ристании? Ты сказал — в Ристании? Мы это рады слышать. Мы издалека торопились в Ристанию.
— Теперь торопиться вам некуда, — объявил Эомер. — Переехавши броды, вы на ристанийской земле: здесь властвует конунг Теоден и лишь с его позволения мож
— Я — Гальбарад Дунадан, северный Следопыт, — отвечал тот. — Мы ищем Арагорна, сына Арахорна: мы прослышали, будто он в Ристании.
— И вы его отыскали! — воскликнул Арагорн. Он ки
пришельцем. — Ты ли это, Гальбарад! Вот уж нечаян
Мерри облегченно вздохнул. Он-то был уверен, что это недобитый Саруман исхитрился перехватить конун
— Все в порядке, — сказал Арагорн, воротившись. — Это мои родичи, они из дальнего края, где я прожил мно
— Нас тридцать, — сказал Гальбарад. — Все наши, кого удалось скликнуть, да еще братья Элладан и Элро- ир: они едут на брань вместе с нами. А мы собрались в путь сразу же, едва получили твой вызов.
— Вызов? — переспросил Арагорн. — Я взывал к вам лишь в мыслях. Думал я о вас, правда, часто, и нынче даже больше обычного; но вызова послать не мог. Впро
— В добрый час! — молвил обрадованный Теоден. — Если твои родичи под стать тебе, государь мой Арагорн, то тридцать таких витязей — это целое войско!
Поскакали дальше; Арагорн ехал с дунаданцами, и, когда они обменялись новостями с севера и с юга, Эл- роир сказал ему:
— Отец мой велел передать тебе: Каждый час на сче
— У меня всегда был каждый час на счету, — сказал Арагорн, — и вечно их не хватало. Но велик должен быть риск опоздать, чтобы я двинулся этим путем.
— Как решишь, так и будет, — отозвался Элроир. — Ночью на дороге об этом толковать не стоит.
И Арагорн сказал Гальбараду:
— Что это ты везешь, родич? — ибо он заметил, что в руке у него не копье, а длинный шест, словно бы древко знамени; шест был натуго обмотан темной тканью и пе
— Это прислала тебе Дева Раздола, — отвечал Галь- барад. — Втайне и с давних пор она трудилась над этим. И велела тебе сказать: На счету каждый час. Либо наши надежды сбудутся, либо всем надеждам конец. Я все исno-задуманному. Прощай же до лучших времен, Эльфийский Берилл! Такие были ее слова.
На это Арагорн молвил:
— Теперь я знаю, что ты привез. Побереги это для меня еще немного!
Он обернулся к северу, взглянул на яркие, крупные звезды — и потом за всю ночь не сказал ни слова.
Под серым предрассветным небом они наконец вы
Мерри спал как сурок; его разбудили Леголас и Гимли.
— Солнце стоит в небе, — сказал Леголас. — И все давно уж на ногах, кроме тебя, лежебока ты этакий. Вста
— Три дня назад здесь была страшная битва, — ска
— Нет, нет, не надо, — сказал эльф. — Кто ж второ
Мерри зевнул и потянулся. Спал он всего ничего, ус
— Арагорн-то хотя бы где? — спросил он.
— Он наверху, на башне, — отвечал Леголас. — От
— Темный они вообще-то народ, эти пришельцы, — сказал Гимли. — Витязи, конечно, на подбор, могучие, статные, ристанийцы рядом с ними сущие дети, а они суровые такие, обветренные, что твои скалы, — ну, на
— На Арагорна они похожи, это ты верно, — подтвер
шутка сказать, сыновья Элронда, не откуда-нибудь, из Раздола!
— Чего это они вдруг приехали, не знаешь? — спро
— Позвали их, вот и приехали, сам же слышал, — отозвался Гимли. — Говорят, в Раздоле послышался го
— Нет, не Гэндальф, это Галадриэль, — возразил Ле
— Да, это ты в точку попал, — согласился Гимли. — Она это, она, Владычица Зачарованного Леса! Вот уж кто читает в сердцах и выполняет заветные желания! А мы с тобой дураки, Леголас, — что ж мы не позвали сво
Леголас, стоя у ворот, обратил свои ясные глаза на север и на восток, и лицо его омрачилось.
— Наши не придут, — сказал он. — Что им ехать на войну за тридевять земель, когда война у них на пороге?
Они еще немного погуляли, обсуждая происшествия давешней битвы, потом вышли через разрушенные во
ники Горнбурга вместе восстанавливали Гать, разрав
Завидев их, конунг подозвал Мерри и усадил его рядом.
— Здесь, конечно, не то, что в златоверхих чертогах Эдораса, — сказал он. — Да и друга твоего нет с нами, а он бы не помешал. Однако за высоким столом в Меду- сельде мы воссядем еще не скоро: если и доберемся туда, боюсь, нам будет не до пированья. Впрочем, что загады
— Я — с тобою? — обрадовался и восхитился Мер
— Пригодишься, — заверил его Теоден. — Для тебя подыскали отличного пони местной породы: на горных тропах как раз такой нужен, не отстанет. Мы ведь в Эдо- рас горами поедем, через Дунхерг, где меня ждет Эовин. Хочешь быть моим оруженосцем? Эомер, доспех для него найдется?
— Оружейня здесь небогатая, государь, — отвечал Эомер. — Легонький шлем на его голову, пожалуй, под
— А меч у меня и так есть, — сказал Мерри, вскочив на ноги и выхватив из черных ножен яркий клинок. Тро
запно опустился на одно колено, взял его руку и поце
— С радостью позволяю, — ответствовал Теоден и в свою очередь возложил длинные старческие пясти на темно-русую голову хоббита. — Встань же, Мериадок, — отныне ты наш оруженосец и страж Медусельда. При
— Теперь ты мне вместо отца, — сказал Мерри.
— Боюсь, ненадолго, — отозвался Теоден.
За трапезой шел общий разговор; наконец Эомер сказал:
— Скоро уж пора нам ехать, государь. Прикажешь ли трубить в рога? Но где же Арагорн? Он так и не вышел к столу.
— Готовьтесь выезжать, — велел Теоден, — и опове
Конунг с Мерри и охраною вышли из ворот Горн- бурга на просторный луг, где строились воины; многие уже сидели на конях. В крепости конунг оставил лишь небольшой гарнизон; прочие все до единого отправля
Поодаль сомкнулся конный строй молчаливых Сле
ни Рогерин. Ни золото, ни самоцветы не украшали их доспехи и сбруи, не было ни гербов, ни значков, только на левом плече у каждого звездой лучилась серебряная брошь — застежка плаща.
Конунг сел на своего Белогрива, Мерри взобрался на стоявшего рядом пони, звали его Стибба. Вскоре из ворот вышли Эомер с Арагорном и Гальбарад, который нес обмотанный черной тканью шест, а за ними еще двое — ни молоды, ни стары. Сыновья Элронда были до того похожи, что и не различишь: оба темноволосые и сероглазые, сияющие эльфийской красой; оба в блес
— Я в большой тревоге, государь, — сказал он, оста
— Уже час пополудни, — отозвался Эомер. — На тре
— Стало быть, через три дня, — задумчиво прого
позволения, пути наши расходятся. У нас с родичами своя дорога, и поедем мы теперь в открытую. Мне боль
— Стезей Мертвецов! — повторил Теоден, вздрог
Эомер изумленно взглянул на Арагорна, и Мерри по
— Если и правда есть такая стезя, — продолжал Тео- ден, — то она начинается за воротами близ Дунхерга, но там никто еще не бывал.
— Увы, Арагорн, друг мой! — горестно молвил Эомер. — А я-то надеялся, что мы с тобой будем биться бок о бок. Но если жребий влечет тебя на Стезю Мертвецов, то мы расстаемся и едва ли увидимся на этом свете.
— Другой мне дороги нет, — отвечал Арагорн. — И все же, Эомер, на поле брани мы, быть может, еще и встретимся, прорубившись друг к другу сквозь все пол
— Поступай как знаешь, государь мой Арагорн, — сказал Теоден. — Видно, и правда таков твой жребий — идти нехожеными путями. Как ни горько мне с тобой расставаться, как ни тягостно, однако нас ждут горные тропы и медлить больше нельзя. Прощай!
— Прощай, государь! — сказал Арагорн. — Скачи на
— До свидания! — проговорил Мерри. Других слов у него не нашлось. Он чувствовал себя совсем крохот
Теоден обратился к Эомеру, тот поднял руку и гром
— Вот уехали трое близких моему сердцу, — сказал он Гальбараду, — и едва ли не ближе других этот малыш. Он не знает, что его ждет; но если б и знал, все равно бы поехал.
— Да, о малышах-хоббитанцах не по росту судить, — заметил Гальбарад. — Вовсе им невдомек, какими тру
— А теперь наши судьбы сплелись воедино, — ска
Они вместе вернулись в Горнбург. Однако за столом Арагорн хранил молчание, и друзья переглядывались.
— Говори же! — сказал наконец Леголас. — Говори, может, полегчает, светлее станет на сердце! Что случи
— Я выдержал битву куда более жестокую, чем на стенах этой хмурой крепости, — отвечал Арагорн. — Я глядел в Ортханкский камень, друзья мои.
— Ты глядел в эту проклятую колдовскую штукови
— Ты забываешь, с кем говоришь, — сурово осек его Арагорн, и глаза его блеснули. — Не при тебе ли я во всеуслышание назвался у ворот Эдораса? Что, по-твое
Он глубоко вздохнул.
— Да, жестокий был поединок, все никак не приду в себя. Я не сказал ему ни слова, но сумел подчинить Ка
дура и тот самый меч: я обнажил перед ним заново от
— Ну, сил-то ему не занимать, — возразил Гимли, — и тем быстрее он нанесет удар.
— Быстрее вовсе не значит вернее, — сказал Арагорн. — И настала пора опережать Врага, а не дожидаться его ударов. Друзья мои, когда я овладел Камнем, мне мно
— Значит, погибнет, — сказал Гимли. — Кого посы
— Посылать на подмогу некого, стало быть, надо ехать самому, — сказал Арагорн. — И есть лишь один путь, ко
— Стезя Мертвецов! — повторил Гимли. — Жутко
— Живые по этой дороге не ездили, мустангримцы такого не упомнят, — сказал Арагорн. — Она закрыта для живых. Однако наследник Исилдура в эту черную го
— А что за речь провидца? — спросил Леголас.
— Вот что изрек провидец Мальбет во дни Арведуи, последнего властителя Форноста:
Простерлась черная тень над землей, На запад стремится крылатый мрак. Содрогается град; подступает враг К заветным гробницам. И встают мертвецы, Ибо клятвопреступникам вышел срок, Ибо их созывает гремучий рог, С вершины Эрека вновь затрубив.
Кто протрубит? Кто призовет
Из могильной мглы забытый народ?
Потомок того, кто был предан встарь, Возвратится с севера Государь Темным путем, Стезей Мертвецов.
— Что темным путем — это понятно, — сказал Гим
— Остальное станет понятно, если поедешь со мной темным путем, — сказал Арагорн. — Сам бы я его не из
— Я пойду за тобою даже Стезей Мертвецов, куда бы она ни привела, — сказал Гимли.
— И я тоже, — сказал Леголас, — я мертвецов не боюсь.
— Хорошо бы этот забытый народ не забыл ратно
— Это мы узнаем, если доберемся живыми до вер
дур водрузил черный камень, который, по преданию, привез из Нуменора. И в начале его правления князь горцев присягнул на верность Гондору возле этого кам
И тогда Исилдур сказал их князю: «Твое княжение да будет последним. И если Запад восторжествует над твоим Черным Владыкою, то вот, я налагаю проклятие на тебя и на весь твой народ: вы не узнаете покоя, доко
Леголас и Гимли промолчали и вышли следом за ним из ворот, к безмолвному и недвижному строю всадни
* * *
Теоден пробирался горными тропами, а Серая Дру
Царевна Эовин радостно приветствовала их; таких могучих витязей, как дунаданцы и сыновья Элронда, она в жизни не видела, но взгляд ее все время устремлялся на Арагорна. За ужином они беседовали, и ей было рас
Наконец она сказала:
— Государи мои, вам пора отдохнуть с дороги. Нын
Но Арагорн сказал:
— Нет, царевна, не заботься об этом. Нам нужно все
— Тогда спасибо тебе, государь, — с улыбкой молви
— Ради такой отшельницы дальняя дорога не в тя
— Значит, государь, — отозвалась она, и в голосе ее слышна была печаль, — ты сбился с пути, потому что из
Дунхергской долины нет выхода ни на восток, ни на юг — тебе надо вернуться обратно.
— Нет, царевна, — сказал он, — с пути я не сбился: я странствовал в здешних краях задолго до того, как ты родилась им на украшение. Есть выход из этой до
Она замерла, будто громом пораженная; лицо ее по
— Арагорн, — наконец молвила она, — неужели ты торопишься на встречу гибели? Лишь гибель ждет тебя на этом пути. Там нет проходу живым.
— Меня, может статься, пропустят, — сказал Ара
— Но это безумие, — сказала она. — С тобою слав
— Нет, царевна, это не безумие, — отвечал он, — этот путь предуказан издревле. Кто идет со мною — идет по доброй воле; кто захочет остаться и ехать на бой вместе с ристанийцами — пусть остается. Но я пойду Стезей Мертвецов, даже в одиночку.
Больше сказано ничего не было, и в молчании завер
Арагорна поместили с Леголасом и Гимли; у шатра окликнула его царевна Эовин. Он обернулся и увидел словно бы легкое сиянье в ночном сумраке: на ней было белое платье и светились ее глаза.
— Арагорн, — сказала она, — зачем ты едешь этим гиблым путем?
— Затем, что иначе нельзя, — отвечал он. — Только так я, быть может, сумею опередить Саурона. Я ведь не ищу гибели, Эовин. Будь моя воля, я гулял бы сейчас на севере по светлым тропинкам Раздола.
Она помолчала, обдумывая последние его слова. По
— Ты суров и тверд, — сказала она. — Таким, как ты, суждена слава. — И снова примолкла. — Государь, — решилась она наконец, — если таков предуказанный тебе путь, то позволь мне ехать с тобою. Мне опроти
— Ты должна оставаться со своим народом, — отве
— Только и слышу, что я кому-то что-то должна! — воскликнула Эовин. — Разве я не из рода Эорла? Вои
— Этого почти никому нельзя, — ответил он. — И не ты ли, царевна, приняла теперь на себя попечение о сво
— Значит, так всегда и будет? — горько спросила она. — Ратники будут уезжать на войну и добывать бран
— Может статься, и встречать будет некого, — ска
— Ты твердишь одно и то же, — отвечала она, — жен
— А чего ты боишься, царевна? — спросил он.
— Боюсь золоченой клетки, — сказала она. — Боюсь привыкнуть к домашнему заточенью, состариться и рас
— Как же ты отговаривала меня идти избранной до
— Я ведь тебя, а не себя отговаривала, — сказала она. — И я призывала тебя не избегать опасности, а ехать на бит
— Я тоже этого не хочу, — сказал он. — Потому и го
— Другим — тем, кто пойдет за тобою, — тоже нече
Сказав так, она повернулась и исчезла в темноте.
* * *
В небе забрезжил рассвет, но солнце еще не выгляну
— Прощай, царевна Ристании! Я пью во славу дома конунгов, пью за тебя и за весь ваш народ. Скажи свое
Гимли и Леголасу показалось, что она беззвучно за
— Арагорн, ты едешь, куда сказал?
— Еду, — отвечал он.
— И не позволишь мне ехать с вами, как я просила тебя?
— Нет, царевна, — сказал он. — Нельзя тебе ехать без позволения конунга или твоего брата, а они будут лишь завтра. У меня же на счету каждый час, каждая минута на счету. Прощай!
Тогда она упала на колени и воскликнула:
— Я тебя умоляю!
— Нет, царевна, — сказал он, взяв ее за руку и под
А Эовин стояла, неподвижная, точно изваяние, сжав опущенные руки; стояла и смотрела, как они уходят в черную тень Двиморберга, Горы Призраков, к Вратам мертвого края. Когда всадники пропали из виду, она по
И люди говорили:
— Это эльфийцы. Пусть себе едут в гиблый край, коли им суждено там сгинуть. У нас своего горя хватает.
Ехали в предрассветной мгле; восходящее солнце заслонял сумрачный гребень Горы Призраков. Извили
— Что-то у меня кровь леденеет, — заметил Гимли, но никто не отозвался, и звук его голоса поглотила сы
Кони один за другим останавливались перед злове