0

К сожалению, в Вашей корзине нет ни одного товара.

Купить книгу В дурном обществе: повесть Короленко В. и читать онлайн
Cкачать книгу издательства Феникс В дурном обществе: повесть (автор - Короленко В. в PDF

▲ Скачать PDF ▲
для ознакомления

Бесплатно скачать книгу издательства Феникс "В дурном обществе: повесть Короленко В." для ознакомления. The book can be ready to download as PDF.

Внимание! Если купить книгу (оплатить!) "В дурном обществе:…" сегодня — в воскресенье (07.06.2020), то она будет отправлена во вторник (09.06.2020)
Сегодня Вы можете купить книгу со скидкой 8 руб. по специальной низкой цене.

Все отзывы (рецензии) на книгу

Оставьте свой отзыв, он будет первым. Спасибо.
> 5000 руб. – cкидка 5%
> 10000 руб. – cкидка 7%
> 20000 руб. – cкидка 10% БЕСПЛАТНАЯ ДОСТАВКА мелкооптовых заказов.
Тел. +7-928-622-87-04

В дурном обществе: повесть Короленко В.

awaiting...
Название книги В дурном обществе: повесть
ФИО автора
Год публикации 2019
Издательство Феникс
Раздел каталог Проза. Сборники произведений разных жанров
Серия книги Школьная программа по чте
ISBN 978-5-222-32108-9
Артикул O0108995
Количество страниц 127 страниц
Тип переплета мяг.*
Полиграфический формат издания 60*90/16
Вес книги 125 г
Книг в наличии 2702

Аннотация к книге "В дурном обществе: повесть" (Авт. Короленко В.)

Владимир Галактионович Короленко (1853–1921) — русский писатель, публицист, редактор ведущего петербургского журнала «Русское богатство», общественный деятель, автор злободневных произведений «Сон Макара», «Убивец», «Слепой музыкант» и др. В 1900 году, наряду с Л. Толстым, А. Чеховым, Вл. Соловьёвым, был избран почётным академиком Петербургской академии наук по разряду изящной словесности. Короленко родился в Житомире в семье уездного судьи, характер которого — суровый, но справедливый — стал основой для создания образа отца главного героя повести «В дурном обществе». Острое неприятие несправедливости заставило Короленко ещё студентом примкнуть к революционерам-народникам — за это он был исключён из Петровской земледельческой академии и выслан в Кронштадт. Затем были другие ссылки, статус «политического», тюрьма, но именно в таких тяжёлых условиях открылся писательский дар. Знаменитая повесть «В дурном обществе» написана Короленко в 6-летней якутской ссылке (он отказался от присяги ц

Читать книгу онлайн...

В целях ознакомления представлены отдельные главы и разделы издания, которые Вы можете прочитать онлайн прямо на нашем сайте, а также скачать и распечатать PDF-файл.

Способы доставки
Сроки отправки заказов
Способы оплаты

Другие книги серии "Школьная программа по чте"


Другие книги раздела "Проза. Сборники произведений разных жанров"

Читать онлайн выдержки из книги "В дурном обществе: повесть" (Авт. Короленко В.)

Серия
«Школьная программа по чтению»
Владимир Короленко
В дурном обществе
Повесть
Ростов-на-Дону «Феникс» 2019
УДК 821.161.1
ББК 84(2Рос=Рус)1
КТК 610
К68
Короленко, Владимир.
К68 В дурном обществе / Владимир Короленко. — Ростов н/Д : Феникс, 2019. — 127 с. — (Школьная программа по чтению).
ISBN 978-5-222-32108-9
В дурном обществе (Из детских воспоминаний моего приятеля)
I. Развалины
Моя мать умерла, когда мне было шесть лет. Отец, весь отдавшись своему горю, как будто совсем забыл о моём существовании. Порой он ласкал мою маленькую сестру и по-своему заботился о ней, потому что в ней были черты матери. Я же рос, как дикое деревцо в поле, — никто не окружал меня особенною заботливостью, но никто и не стеснял моей свободы.
Местечко, где мы жили, называлось Княжье-Вено, или, проще, Княж-горо- док. Оно принадлежало одному захудалому, но гордому польскому роду и представляло все типические черты любого из мелких городов Юго-западного края, где, среди тихо струящейся жизни тяжёлого труда и мелко-суетливого еврейского гешефта, доживают свои печальные дни жалкие останки гордого панского величия.
Если вы подъезжаете к местечку с востока, вам прежде всего бросается в глаза тюрьма, лучшее архитектурное украшение города. Самый город раскинулся внизу над сонными, заплесневшими прудами, и к нему приходится спускаться по отлогому шоссе, загороженному традиционною «заставой». Сонный инвалид, порыжелая на солнце фигура, олицетворение безмятежной дремоты, лениво поднимает шлагбаум — и вы в городе, хотя, быть может, не замечаете этого сразу.
Серые заборы, пустыри с кучами всякого хлама понемногу перемежаются с подслеповатыми, ушедшими в землю хатками. Далее широкая площадь зияет в разных местах тёмными воротами еврейских «заезжих домов», казённые учреждения наводят уныние своими белыми стенами и казарменно-ровными линиями. Деревянный мост, перекинутый через узкую речушку, кряхтит, вздрагивая под колёсами, и шатается, точно дряхлый старик. За мостом потянулась еврейская улица с магазинами, лавками, лавчонками, столами евреев-менял, сидящих под зонта-
ми на тротуарах, и с навесами калачниц. Вонь, грязь, кучи ребят, ползающих в уличной пыли. Но вот ещё минута — и вы уже за городом. Тихо шепчутся берёзы над могилами кладбища, да ветер волнует хлеба на нивах и звенит унылою, бесконечною песней в проволоках придорожного телеграфа.
Речка, через которую перекинут упомянутый мост, вытекала из пруда и впадала в другой. Таким образом, с севера и юга городок ограждался широкими водяными гладями и топями. Пруды год от году мелели, зарастали зеленью, и высокие густые камыши волновались, как море, на громадных болотах. Посредине одного из прудов находится остров. На острове — старый, полуразрушенный замок.
Я помню, с каким страхом я смотрел всегда на это величавое дряхлое здание. О нём ходили предания и рассказы один другого страшнее. Говорили, что остров насыпан искусственно, руками пленных турок. «На костях человеческих стоит старое замчище», — передавали старожилы, и моё детское испуганное воображение рисовало под землёй тысячи турецких
скелетов, поддерживающих костлявыми руками остров с его высокими пирамидальными тополями и старым замком. От этого, понятно, замок казался ещё страшнее, и даже в ясные дни, когда, бывало, ободрённые светом и громкими голосами птиц, мы подходили к нему поближе, он нередко наводил на нас припадки панического ужаса, — так страшно глядели чёрные впадины давно выбитых окон; в пустых залах ходил таинственный шорох: камешки и штукатурка, отрываясь, падали вниз, будя гулкое эхо, и мы бежали без оглядки, а за нами долго ещё стояли стук, и топот, и гоготанье.
А в бурные осенние ночи, когда гиганты-тополи качались и гудели от налетавшего из-за прудов ветра, ужас разливался от старого замка и царил над всем городом. «Ой-вей-мир!» — пугливо произносили евреи; богобоязненные старые мещанки крестились, и даже наш ближайший сосед, кузнец, отрицавший самоё существование бесовской силы, выходя в эти часы на свой дворик, творил крестное
знамение и шептал про себя молитву об упокоении усопших.
Старый, седобородый Януш, за неимением квартиры приютившийся в одном из подвалов замка, рассказывал нам не раз, что в такие ночи он явственно слышал, как из-под земли неслись крики. Турки начинали возиться под островом, стучали костями и громко укоряли панов в жестокости. Тогда в залах старого замка и вокруг него на острове брякало оружие, и паны громкими криками сзывали гайдуков. Януш слышал совершенно ясно, под рёв и завывание бури, топот коней, звяканье сабель, слова команды. Однажды он слышал даже, как покойный прадед нынешних графов, прославленный на вечные веки своими кровавыми подвигами, выехал, стуча копытами своего аргамака1, на середину острова и неистово ругался: «Молчите там, лайдаки2, пся вяра!»
Потомки этого графа давно уже оставили жилище предков. Большая часть дукатов и всяких сокровищ, от которых
VII. На сцену является пан Тыбурций
— Здравствуй! А уж я думал, ты не придёшь более, — так встретил меня Валек, когда я на следующий день опять явился на гору.
Я понял, почему он сказал это.
— Нет, я... я всегда буду ходить к вам, — ответил я решительно, чтобы раз навсегда покончить с этим вопросом.
Валек заметно повеселел, и оба мы почувствовали себя свободнее.
— Ну, что? Где же ваши? — спросил я. — Всё ещё не вернулись?
— Нет ещё. Чёрт их знает, где они пропадают.
И мы весело принялись за сооружение хитроумной ловушки для воробьёв, для которой я принёс с собой ниток. Нитку мы дали в руку Марусе, и когда неосторожный воробей, привлечённый зерном, беспечно заскакивал в западню, Маруся дёргала нитку, и крышка захлопывала птичку, которую мы затем отпускали.
Между тем около полудня небо насупилось, надвинулась тёмная туча, и под весёлые раскаты грома зашумел ливень.
Сначала мне очень не хотелось спускаться в подземелье, но потом, подумав, что ведь Валек и Маруся живут там постоянно, я победил неприятное ощущение и пошёл туда вместе с ними. В подземелье было темно и тихо, но сверху слышно было, как перекатывался гулкий грохот грозы, точно кто ездил там в громадной телеге по гигантски сложенной мостовой. Через несколько минут я освоился с подземельем, и мы весело прислушивались, как земля принимала широкие потоки ливня; гул, всплески и частые раскаты настраивали наши нервы, вызывали оживление, требовавшее исхода.
— Давайте играть в жмурки, — предложил я.
Мне завязали глаза; Маруся звенела слабыми переливами своего жалкого смеха и шлепала по каменному полу непроворными ножонками, а я делал вид, что не могу поймать её, как вдруг наткнулся на чью-то мокрую фигуру и в ту же минуту почувствовал, что кто-то схватил меня за ногу. Сильная рука приподняла меня с полу, и я повис в воздухе вниз головой. Повязка с глаз моих спала.
Тыбурций, мокрый и сердитый, страшнее ещё оттого, что я глядел на него снизу, держал меня за ноги и дико вращал зрачками.
— Это что ещё, а? — строго спрашивал он, глядя на Валека. — Вы тут, я вижу, весело проводите время... Завели приятную компанию.
— Пустите меня! — сказал я, удивляясь, что и в таком необычном положении я всё-таки могу говорить, но рука пана Тыбурция только ещё сильнее сжала мою ногу.
— Reponde, ответствуй! — грозно обратился он опять к Валеку, который в этом затруднительном случае стоял, запихав в рот два пальца, как бы в доказательство того, что ему отвечать решительно нечего.
Я заметил только, что он сочувственным оком и с большим участием следил за моею несчастною фигурой, качавшеюся, подобно маятнику, в пространстве.
Пан Тыбурций приподнял меня и взглянул в лицо.
— Эге-ге! Пан судья, если меня не обманывают глаза... Зачем это изволили пожаловать?
Содержание

Проблематические натуры17

Я и мой отец44

Я приобретаю новое знакомство ....54

Знакомство продолжается68

Среди «серых камней» 77

На сцену является

Осенью101

Кукла111

Заключение125
Литературно-художественное издание
Владимир КОРОЛЕНКО
В ДУРНОМ ОБЩЕСТВЕ