0

К сожалению, в Вашей корзине нет ни одного товара.

▼ ▼ Почитать книгу онлайн можно внизу страницы ▼ ▼
Купить книгу Среди концов: невыдуманные истории врача-уролога Агулянский и читать онлайн
Cкачать книгу издательства Феникс Среди концов: невыдуманные истории врача-уролога (автор - Агулянский в PDF

▲ Скачать PDF ▲
для ознакомления

Бесплатно скачать книгу издательства Феникс "Среди концов: невыдуманные истории врача-уролога Агулянский" для ознакомления. The book can be ready to download as PDF.

Внимание! Если купить книгу (оплатить!) "Среди концов: невыдуманные…" сегодня — в четверг (19.05.2022), то она будет отправлена в субботу (21.05.2022)
Сегодня Вы можете купить книгу со скидкой 20 руб. по специальной низкой цене.

Все отзывы (рецензии) на книгу

Оставьте свой отзыв, он будет первым. Спасибо.
> 5000 руб. – cкидка 5%
> 10000 руб. – cкидка 7%
> 20000 руб. – cкидка 10% БЕСПЛАТНАЯ ДОСТАВКА мелкооптовых заказов.
Тел. +7-928-622-87-04

Среди концов: невыдуманные истории врача-уролога Агулянский

awaiting...
Название книги Среди концов: невыдуманные истории врача-уролога
ФИО автора
Год публикации 2020
Издательство Феникс
Раздел каталог Клиническая медицина. Внутренние болезни
Серия книги Призвание быть врачом
ISBN 978-5-222-33289-4
Артикул 978-5-222-33289-4
Количество страниц 204 страниц
Тип переплета матовая+лакировка+пленка
Полиграфический формат издания 70*100/16
Вес книги 397 г
Книг в наличии 2294

Аннотация к книге "Среди концов: невыдуманные истории врача-уролога" (Авт. Агулянский)

Он может быть абсолютно непредсказуемым, совершенно фан¬тастическим, неожиданным, как снег на голову, или, наоборот, дол¬гожданным и предполагаемым. Он может быть счастливым или пе¬чальным. Он есть абсолютно у всего. Конец. "Среди концов" - сборник правдивых историй, где у каждой - свой конец. Автор, практикующий врач-уролог, пережил, переосмыслил и любовно оформил в книгу каждую из них. И, кроме ярких сюжетов и героев, особого внимания заслуживают моменты, позволяющие нам хоть на секунду, хоть одним глазком увидеть внутренний мир врача со всеми его страхами и сомнениями, счастьем и юмором, поисками решений и муками выбора. Его глазами взглянуть на то, что кажется нам и так понятным, или уловить то, на что мы не обращаем внима¬ния, узнать такое, что мы никогда и нигде не смогли бы узнать. Ну, а если вы собираетесь связать свою жизнь с медициной, то, может быть, вам будет интересно перенять опыт?

Читать книгу онлайн...

К сожалению, для этого издания чтение онлайн недоступно...

Способы доставки
Сроки отправки заказов
Способы оплаты

Другие книги серии "Призвание быть врачом"


Другие книги раздела "Клиническая медицина. Внутренние болезни"

Читать онлайн выдержки из книги "Среди концов: невыдуманные истории врача-уролога" (Авт. Агулянский)

Леон Агулянский
СРЕДИ КОНЦОВ
Невыдуманные истории врача-уролога
Ростов-на-Дону
2020
УДК 616.6
ББК 56.9
КТК 357
А27
Агулянский, Леон.
А27 Среди концов: невыдуманные истории врача-уролога / Леон Агулянский. — Ростов н/Д : Феникс, 2020. — 208 с. — (Призвание быть врачом).
ISBN 978-5-222-33289-4
УДК 616.6 ББК 56.9
ISBN 978-5-222-33289-4
© ООО «Феникс», оформление, 2020
© Агулянский, Л., 2020
От автора
С малых лет меня увлекало творчество: литература, театр, музыка, живопись. Мои школьные сочинения ходили по рукам в учительской, инсценировки на сцене клуба пионерского лагеря имели успех. Пришло время выбирать профессию. Хотелось писать. Но в семидесятые было так: или пиши о партии, или — диссидент. Технические специальности не рассматривались ввиду нищенской зарплаты инженера и осенних поездок в колхоз на сбор урожая. Оставалась медицина. Та же нищенская зарплата. Но это было конкретное важное дело, нужное при любом режиме, при любой власти.
Медицине было отдано все. Лучшие годы прошли в операционной и на дежурствах. Сын вырос без достаточного отцовского внимания. Этот долг мне уже не отдать.
После пятидесяти литература и театр все-таки затянули. Но дискрепанс между колоссальной востребованностью в медицине и никому не нужными произведениями оказался слишком велик. Людям не нужна моя исповедь ни на бумаге, ни на сцене. Они просят раздробить камень или выпустить мочу.
Да. Медицина — это занятость и постоянный заработок. Но труд забирает все силы, все время, оставляя лишь усталость и разочарование.
Понадобились годы, чтобы понять великую истину: что бы ты ни делал и как бы ты ни старался, пациент всегда останется недоволен. Почему? Как говорил Конфуций «главная трагедия человека — чудовищное несоответствие между безграничными желаниями и весьма ограниченными возможностями». Начиная лечение, человек надеется стать не только здоровее, но и моложе, сексуальнее, сильнее, красивее. Жизнь распоряжается иначе. Кто виноват? Конечно, врач.
В глазной хирургии известен феномен. Пожилые пациентки после операции по удалению катаракты жалуются, что им повредили кожу лица. Естественно, лицо никто не травмировал. Просто они увидели в зеркале морщины на лице ясно, а не через помутневшие глазные хрусталики. Вот так сюрприз! Лицо-то бывает с морщинами. А смириться с этим ох как трудно, порой невозможно.
Так же в урологии. Удалишь простату. Все хорошо. А пациент в претензии. Что целый месяц не мог мочиться и ходил с кате
От автора
Чтобы рассказать тебе
тером, уже забыл. Теперь с кислой физиономией спрашивает: «Где моя потенция?»
Немало больных все проблемы, вплоть до зубной боли, валят на перенесенную операцию. Убедить их очень трудно. У них же интернет на вооружении.
Немало таких, что при первом визите восклицают: «Ах, какой вы прекрасный врач! Ах, какой вы человек!» Нужна выдержка, чтобы не вышвырнуть такого пациента из кабинета. Ты только вошел! Откуда тебе знать, какой я врач и какой человек?! А похвалы не нужно. Как объяснить им: за сорок лет работы сам знаю, чем плох и чем хорош? Как объяснить, почему не иду с ними обедать в ресторан? Как объяснить, что не возьму конверт у пенсионера? Поставишь на место — не понимают, возмущаются, жалобы пишут, мол, высокомерен.
Трудно. Но все-таки здорово — помогать людям не ради благодарности, ради дела. Работа в операционной, пять-шесть операций в день для врача — рутина. А для больного — событие, что запомнится на всю жизнь.
Болезнь — это пропасть, которую надо перепрыгнуть. Для этого разбежаться, напрячь все силы и — вперед. Но главное — верить, верить, верить...
А еще здорово было, работая над этой книгой, отмотать назад ленту памяти и заново прожить эмоции многолетней давности.
Чтобы рассказать тебе
Я закончил писать эту книгу и отправил текст в издательство накануне своего шестидесятилетия. День рождения справлять не хотелось. Утром и днем оперировал, вечером принимал больных. Утро принесло солнечный прохладный выходной. Проснулся с чувством, будто кто-то или что-то стучится в мое сознание. Этим что-то оказалось воспоминание, поставившее все на свои места, в один миг объяснившее, кто я, что здесь делаю и зачем Всевышний привел меня к написанию этой книги в канун шестидесятилетия.
Событие тридцатилетней давности вспыхнуло в памяти во всех подробностях.
Сегодня редко встретишь людей с татуировкой — лагерным номером на руке. А тогда, в начале девяностых, мы часто видели эти бледно-голубые цифры в ряд, когда ставили капельницу или брали кровь на анализ.
Именно такая татуировка выделялась на бледной коже внутренней поверхности предплечья Якова. Был он улыбчивым и многословным, энергичным и аккуратным и, похоже, каждый день жизни принимал как Небесный дар.
В отделение урологии медицинского центра «Шиба» госпитализировался не впервые. На фоне многолетнего ношения катетера в надлобковом пузырном свище страдал от инфекционных осложнений и камней мочевого пузыря.
История болезни была составлена на скорую руку. Дабы заполнить пробелы, я зашел в его отдельную палату поздно вечером на дежурстве. Услышанное тогда почему-то не произвело должного впечатления и «врезало» по сознанию только теперь.
Яков говорил быстро, покачивая головой, будто удивлялся, как это все могло быть.
—Было лето 1944 года. Весть о депортации из Будапештского гетто мы приняли с облегчением. Жить дальше в тесноте и грязи казалось невозможным.
Бабушка умерла в поезде. Так и пролежала в вагоне до места назначения под названием Освенцим.
Красивый офицер в эсэсовской форме указал папе с мамой налево, нам с сестрой Марой — направо.
У польского еврея в круглых очках немного тряслись руки. Потому цифры на моей руке вышли так себе. Сказал, если колют номера, значит, поживете еще. Знал, что говорил. Папу с мамой колоть номерами не стали. Сразу в газовую камеру. Потом я узнал: туда попали все, кого отсеяли налево.
Я плакал, скучал по ним. А сосед по нарам, Мотл, успокоил:
—Их души вылетели через трубу на небеса. Сверху они все видят, только помочь не могут.
Еще Мотл сказал, что мне крупно повезло. Попал в группу для врачей, и не просто в группу, а Рёнтген-группе. Это значит повторные процедуры и прибавка к пайку.
Чтобы рассказать тебе
Чтобы рассказать тебе
Этот Мотл каким-то образом знал все обо всех и рассказал, что Мара оказалась в айс-группе и не пережила первой же процедуры.
Позднее, на курсах морской медицины в армии, я узнал, что нацисты в Освенциме изучали смерть от переохлаждения. Детей, взрослых, беременных женщин помещали в ванну со льдом, засекали время, изучали функции организма вплоть до остановки сердца. Это единственное исследование подобного рода, дошедшее до нас из протоколов лагерных врачей.
—Помню, как дядю Лейба водили на рентген легких в больницу, — продолжал Яков. — Думал, что и меня обследуют, делая рентген день за днем. Поверил, что мне действительно повезло. Но яички распухли и стали болеть. Каждый шаг давался с трудом. Начались озноб и тошнота. Через неделю яички превратились в твердые бугорки и перестали болеть.
Еще позднее я узнал, что нацистские врачи по заданию партии искали способы быстрой эффективной стерилизации нежелательного населения без нарушения работоспособности. Для этого проводили кастрацию, перевязывали сосуды яичек и подвергали рентгеновскому облучению паховые области, где проходят сосуды, питающие яички.
—Его называли «ангел смерти», — Яков улыбнулся. — Но своего настоящего имени — доктор Иозеф Менгеле — он не скрывал. Это он встречал нас с поезда и делил на потоки.
Освенцим освободили русские. Мы, узники, были настолько измождены и сломлены, что не оценили событие...
Война закончилась. Перебрался в Палестину. Завести семью даже не мечтал. С каждым годом становилось все труднее мочиться. Обнаружили протяженное сужение мочеиспускательного канала — побочный эффект от лечения доктора Менгеле. Наложили свищ.
На следующее утро мы с доктором Ионашем, гениальным хирургом, оперировали Якова. Удалили камни мочевого пузыря, вывели отверстие мочеиспускательного канала на промежность.
Яков сиял лучезарной улыбкой в палате. Расстаться с надлобковым катетером было для него счастьем. В день выписки я зашел в его палату, не выдержал и прямо спросил:
—Зачем надо было день за днем терпеть истязания? Почему ты не наложил на себя руки тогда в лагере?!
—Почему? — он задумался. — Чтобы сегодня рассказать все это тебе...
Перекус
Анатомичка Первого медицинского и теперь находится на верхнем этаже старинного здания, в котором расположена самая большая аудитория № 7.
В помещении размером с баскетбольный зал на мраморных столах возлежат трупы. Там студенты препарируют мышцы, нервы, сухожилия, приучая руки к хирургическим инструментам. Не знаю, как теперь, но в нашу бытность в анатомичке работали без перчаток. Трупы были обработаны формалином, запах которого долго не оставлял потом руки. Несмотря на многократное мытье специальным мылом, он был настолько резким, что отпугивал пассажиров в троллейбусе.
Шел второй семестр первого курса. Кости выучили и сдали. Перешли к мышцам. Их не получишь на тарелке под студенческий билет, как череп или бедро. Надо препарировать на трупе, копаясь в темно-коричневых тканях.
Несколько человек с нашего курса оставили учебу, не выдержав реалий анатомички. Остальные же продолжали зубрить и препарировать, препарировать и зубрить. Случались слезы и даже истерики, швыряние инструментов в кафельную стену, но учебный процесс продолжался.
В здании располагался буфет. Но в перерыве там скапливалась большая очередь. Потому студенты имели при себе пирожок или бутерброд — подкрепиться на скорую руку. Для этого выходили в коридор, смотрящий на просторное фойе.
Точно помню, звали его Коля. Был он не то самбистом, не то дзюдоистом. Родом из далекой холодной Воркуты. Богатырь под два метра ростом, физически подготовленный, при этом тихий и всегда грустный.
Однажды на переменке он появился на балконе с мышечным препаратом в руке и впился зубами в темно-коричневое мясо.
Перекус
Вместо шапки
Девчонки завизжали, парни охнули от ужаса. Диагноз ясен: острый психоз, оторвал мышцу бедра, жрет!
—Держите его! — крикнул показавшийся в дверях преподаватель. — Фиксируйте!
—Ребята побросали надкусанные бутерброды и повисли на руках борца. Не тут-то было. Он с легкостью уходил от захватов, укладывая на пол то одного, то другого.
—Держите, сейчас будет скорая! — кричал преподаватель.
Дело в том, что кафедра психиатрии базировалась в больнице № 6 на Обводном канале. Но и будь она под боком, вряд ли санитары отделения скрутили бы Колю Воркутинского.
Стряхнув с себя очередного нападавшего, Коля успел крикнуть: «В чем, собственно, дело?»
—Дело в том, — кричал преподаватель, — что ты вытащил в коридор препарат и жрешь?! Это острый психоз! Такое уже было. Дай нам тебе помочь!
—Это не препарат, — Коля поднял предмет конфликта с пола. — Это копченая оленина. Из дома прислали. Хотите попробовать?
Вместо шапки
Эту историю я услышал от врачей станции скорой помощи № 16, когда работал там, будучи студентом последнего курса медицинского.
Бытовая история, «бытовуха» по-нашему. Жена сварила борщ. На стол накрыла. Ждала, готовилась. А он, собака, пришел под мухой, да еще с запахом женских духов.
Беседа на повышенных тонах продолжалась минут десять. И это хорошо. Борщ успел немного остыть. Эмоции разгорались и требовали физического выражения. Тычков в грудь и пощечин оказалось недостаточно. И тогда, в ответ на очередное: «Кать, это не то, что ты думаешь!» женщина схватила с плиты кастрюлю с борщом и надела на голову супруга. Сделала это резко, сильно, быстро...
Наваристый суп вытек, оставив на плечах мужчины эполеты из нашинкованной капусты. Чарующий запах борща со свинин
кой заполнил квартиру. Спор на этом был закончен. Супруги оказались в новой реальности.
Мужчина попытался снять кастрюлю с головы. Не получилось. Каждое движение вызывало резкую боль.
— Потерпи, — крикнула женщина и взялась за ручки кастрюли.
Снять не удалось. Повыв немного от отчаяния, женщина набрала «03».
В центре приема вызовов решили, что это прикол, и пригрозили наказанием. Но женские причитания сквозь слезы звучали убедительно.
Шагая по ступеням лестницы, врач скорой был уверен, что стал жертвой розыгрыша. Но когда увидел сидящего на табурете человека с кастрюлей на голове, вздохнул с облегчением. Хотел отвезти в больницу, чтобы коллеги развлеклись, но пожалел. Уколол обезболивающее, снял кастрюлю. Ожог головы легкой степени госпитализации не требовал, обработали на месте.
Пришло время отзвониться на станцию, сообщить данные больного и диагноз.
Над последним пришлось покумекать.
Доктор обернулся на обнимающихся супругов и сообщил: «Голова в инородном теле».
Кислородная подушка
Кислород — штука важная. Эффективен при инфаркте миокарда, отеке легких, травме грудной клетки, во всех случаях, когда уровень кислорода в крови снижен.
Сегодня бригады скорой оснащены кислородными баллонами, они удобны в использовании и хватает надолго.
Но мне довелось работать на неотложке, когда баллоны выдавали только кардиологам, остальным — кислородные подушки. Большие, туго надутые, они не годились даже для того, чтобы положить под голову — прикорнуть десять минут. Возиться с ними никто не хотел. Однако в каждой машине была пара таких наготове.
Эту историю рассказал один из коллег. Приехали на сердечный приступ. Пожилой мужчина жаловался на сильнейшую боль за грудиной, задыхался и боялся умереть. Артериальное давление
Кислородная подушка
Кислородная подушка
было низким, пульс частым, дыхание поверхностным с влажными хрипами. Тогда в распоряжении врачей общего профиля был гениальный прибор. На пациенте устанавливались электроды для снятия кардиограммы. Телефонная трубка, положенная в аппарат, передавала сигналы ЭКГ, превращенные в звуковые. В центре их превращали в кардиограмму на ленте и сообщали результат. Но телефон был в коридоре. Провода не хватало. А больному требовалось срочное лечение. Доктор сделал инъекцию промедола (наркотика) с лазиксом (мочегонным) и послал водителя за кислородной подушкой. Тот слетал в машину, принес. Нагубник приставили ко рту больного. Через несколько минут дышать стало легче, и боль за грудиной уменьшилась. Но подушка обмякла и опорожнилась быстрее, чем все ожидали.
—Беги за второй! — приказал доктор молодому водителю.
Тот юркнул за дверь с пустой, вернулся запыхавшийся со второй кислородной подушкой. Домашние тем временем помогли придвинуть кровать с больным ближе к телефону. ЭКГ удалось передать в центр со второй попытки. Диагноз подтвердили: инфаркт миокарда. Выслали по адресу кардиологическую бригаду. А пока нужно было бороться за жизнь пациента.
Вторая подушка опустела еще быстрее, чем первая. Доктор бросил взгляд на водителя, тот кивнул и устремился за дверь. Третья подушка эффекта не имела. Губы пациента еще больше посинели, дыхание участилось. То же с четвертой подушкой.
—Давай тащи еще! — прошипел доктор вспотевшему водителю.
—Не могу так быстро! Надувать не успеваю.
—У нас что, баллон есть?! — в глазах доктора блеснула надежда.
—Баллона нет. Ртом надуваю...
Кардиологи приехали быстро. Был у них и заветный баллон зеленого цвета, и медсестра, что уколет в любую вену, и препараты, каких нет у нас.
Мужчину доставили в стационар. Дальнейшая его судьба неизвестна.
Новогодняя вахта
В начале шестого курса медицинского я устроился работать врачом на станцию скорой помощи недалеко от дома. Нужно было кормить семью. Но работа на станции стала важной школой жизни. В народе это называлось не скорая, а неотложка — врач с водителем. Врачей не хватало. Потому брали студентов последних курсов медицинского, оформляли на ставку фельдшера.
Никто из врачей не любил работать со Степой-водителем. Болтун, толстяк, нос картошкой, короткие пальчики, рыжие кучерявые волосы — одно слово: клоун. Не успеет ключ из зажигания вытащить, бежит в домино резаться с шоферами. Диспетчер зовет его по трансляции на очередной выезд, а он не слышит или делает вид, что глухой. Сидит козла забивает и рад.
Со Степой приходилось ездить много раз. От него постоянно пахло чесноком — боялся заразиться от больных. За смену выкуривал две пачки. Часов в пять утра начинал стрелять сигареты и останавливать таксистов купить еще.
На станции его почитали за героя. Тому причиной история, случившаяся пару лет назад.
Однажды зимой Степан работал с Леной, начинающим врачом. Ехали в три часа ночи по Гражданскому проспекту. На проезжей части увидели лежащего человека и троих мужчин, истерически голосующих.
Тормознули. Лежащий вскочил и отряхнулся. Двое стали вытаскивать Степу наружу. Он сопротивлялся. Схлопотал пару раз в челюсть, но не сдавался. Тем временем с другой стороны вытащили за волосы Лену. Опрокинули на землю и начали душить. Улучив момент, Степа вытащил монтировку из-под сиденья и выпрыгнул наружу. Торопился сделать максимум, пока не сбили с ног, пока не отключили. Целился и бил наверняка, чувствуя, как хрустят носы, челюсти и скулы хулиганов под инструментом. Не прошло и минуты, четверо бандитов лежали вокруг машины. Доктор рыдала, стоя на коленях, закрыв лицо руками.
Степа включил рацию... Две машины со станции прибыли раньше милиции.
Оказалось, четверо подвыпивших молодцов искали наркотики. Заодно хотели позабавиться с докторшей. Двое были в розыске.
Новогодняя вахта
Содержание
От осколков до иголок14
Отелло отдыхает21
Сделали все, что могли22
Без осложнений25
Держусь пока28
Все просто30
Давай закурим, товарищ, по одной32
Нет35
Не верь глазам своим37
Почечная колика39
Редко, но случается41
Самолечение43
Пять минут45
Уважаю46
Не щадя живота своего49
Дело мастера боится50
Еврейский гусар52
Хороший сын55
Полный холодильник57
Змея58
Красивые волосы60
Испугал61
Конверт62
Проспорил65
Комариный укус66
Не остались в долгу67
На все воля Божья69
Надо только верить72
Надежное место74
Нам нельзя79
Не исправить81
Не обезьянничай!83
Сигарета85
Поединок87
Прибор не выдержал91
Пульки92
Никто не заставлял94
Саша97
Свободный полет100
Давид102
Жара105
Любовь не имеет пола106
Меня нет114
Флеш115
Спасибо профессору118
Вандала120
Врачи лечат, а их калечат122
Инородное тело125
Конец карьеры127
Контейнер129
Мы заняты130
На «великом и могучем»132
У меня температура134
Парень чернокожий138
Болит139
Отвертка141
Расплата142
Рахиль — мудрая женщина145
Тоня146
Вороны знают иврит149
Врачи заразили151
Герои нашего времени153
Зачем мы здесь?157
Жизнь удалась159
Ленин с нами160
Любовь зла162
У каждого Додика своя методика165
Мужская гордость169
Ушел и не вернулся173
Не бойтесь174
Опасное место176
Папа180
Пациент прав не всегда181
Финишная прямая185
Прямой рейс190
Цена счастья192
Что такое счастье194
Уцелел196
Шедевры от пациентов197
Леон Агулянский
Среди концов
Невыдуманные истории врача-уролога